4aef3a5d

Ян Василий - Овидий В Изгнании



Василий Григорьевич ЯН
ОВИДИЙ В ИЗГНАНИИ*
Изгнаньем из страны родной
Хвались повсюду, как свободой.
Л е р м о н т о в
Я приютился в верхней каморке двухъярусной каменной гетской хижины, в
небольшом городке, полном разноязычных варваров. Здесь, как нищий,
бесправный ссыльный, провожу я томительные долгие годы, вспоминая римскую
речь только в те часы, когда я пишу свои скорбные элегии, хожу на проверку
к военному трибуну и когда достаю из ящика потемневшие свитки моих любимых
поэтов: Горация, Проперция, Тибулла и Корнелия Галла**.
_______________
* П у б л и й  О в и д и й  Н а з о н, считающийся последним
поэтом "золотого века" римской поэзии, жил с 43 года до н. э. по 17
год н. э. В 8 г. н. э. император Август (по не выясненной до сих пор
причине) сослал Овидия в самый дальний пункт своих владений, в город
Томы, находившийся немного южнее впадения Дуная в Черное море, тогда
называвшееся Понт Эвксинский. Теперь на месте города Томы румынский
порт Констанца.
Ссылка на берега Черного моря подала Овидию повод к целому ряду
произведений, вызванных исключительно новым положением поэта,
свидетельствуя о неиссякаемой силе таланта Овидия. Они показывают его
огромное трудолюбие, упорство в создании крупных художественных
произведений и силу характера, несломленного, несмотря на крайние
лишения, в каких ему пришлось прожить более десяти лет.
В Риме Овидий писал легкомысленные эротические элегии, поэму
"Искусство любви" и другие произведения, давшие повод к обвинению его
в безнравственности; из Том Овидий послал огромный труд
"Метаморфозы", "Фасты" (календарь), "Скорбные элегии", "Послания с
Понта", трактат о рыбах Черного моря - все это написано в
художественной форме, показавшей высокое мастерство поэта. Кроме
того, им была послана цезарю поэма, восхвалявшая его подвиги на языке
гетов, варварского племени, среди которого Овидию пришлось жить. Эта
поэма, как и его трагедия "Медея", до нас не дошла.
Овидию в ссылке посвятил Пушкин замечательные строки в рассказе
старика из поэмы "Цыганы" ("Меж нами есть одно преданье...") и в
стихотворении "К Овидию" ("Овидий, я живу близ этих берегов...") и
находил много общего с ним в своем положении ссыльного на берегах
Черного моря.
Настоящий отрывок из дневника Овидия относится к последним годам
его пребывания в Томах.
** К о р н е л и й  Г а л л  - один из крупнейших римских
поэтов, но из его произведений до нас почти ничего не дошло. Поэты
Гораций и Проперций были друзьями Овидия.
Стараюсь быть мужественным и утешаюсь, как могу: в одной стене у меня
есть очаг, где в морозные дни пылают щепки и сучья, собранные мной на
морском берегу; на полу разостлан козий мех, а сбоку ложе варварского
вида, покрытое сарматской войлочной попоной.
С восточной стороны прорублено окно, завешенное фракийским малиновым
покрывалом. Через это окно ко мне влетают золотые лучи утреннего солнца и
зовут на берег моря. Есть у меня также разрисованный узкогорлый кувшин, -
в нем я берегу последние остатки выжатого на цветущих склонах Везувия*
сладкого темного вина.
_______________
* Во времена Овидия гора Везувий еще не была вулканом и
славилась своими цветущими селениями и виноградниками.
Откинув занавеску, я часто жадно всматриваюсь в туманную даль, в
линию горизонта, постоянно меняющего свой цвет беспокойного моря. Я с
нетерпением жду радостного вестника оттуда, из навеки мною покинутого
Рима.
Сегодня я вдруг заметил долгожданную золотистую точку. Медленно
приближается надут



Назад