4aef3a5d

Ян Василий - К Последнему Морю



history_worldВасилийГригорьевичЯнК «последнему морю»Роман «К "последнему морю"» В. Г. Яна (Янчевецкого) – третье заключительное произведение трилогии «Нашествие монголов», рассказывающее о том, как «теоретические доктрины» Батыя о новых завоеваниях на европейском континенте – выход к берегам «последнего моря», превращаются в реальную подготовку к походам татаро-монгольских полчищ сначала в среднее Поднепровье, потом на земли Польши, Моравии, Венгрии, Адриатики.
rurutbmaHaali ExportXML MS Word macro, HEX Workshop, FBtools2003-04-16В.Г.Ершов07E69167-FC9E-48B3-A2FC-8DCF01FC99C61.0Ян В. Г. К «последнему морю». Юность полководца.ПравдаМосква1981Василий Григорьевич Ян.
К "ПОСЛЕДНЕМУ МОРЮ"
России определено было высокое предназначение... Ее необозримые равнины поглотили силу монголов и остановили их нашествие на самом краю Европы; варвары не осмелились оставить у себя в тылу порабощенную Русь и возвратились на степи своего востока. Образующееся просвещение было спасено растерзанной и издыхающей Россией...
А. С. Пушкин"Я дойду до последнего моря, и тогда вся вселенная окажется под моей рукой".
Из летописей о Чингиз-ханеЧасть первая.
"ЭТО БЫЛО В БАГДАДЕ..."
1. РЕЗЧИК ПЕЧАТЕЙ ДУДА ПРАВЕДНЫЙ
На площади, перед главной мечетью Багдада, на самом краю широкой каменной лестницы сидел за маленьким столиком Дуда Праведный и вырезывал надписи на шлифованных сердоликовых печатях. На них он писал имена заказчиков красивой вязью, арабскими буквами, с искусным росчерком. На перстнях с камнями он писал также таинственные заклинания, дающие силу и здоровье владельцу или предохраняющие его от дурного глаза и губительных заклятий злых людей.
"Дуда Праведный" — так звали резчика печатей... Кто из посетителей величественной мечети не замечал согнувшегося мастера с длинной рыжей бородой и черными мохнатыми бровями, под которыми глаза казались сумрачными, затаившими сокровенную мысль.
Однажды к Дуде Праведному подошел человек благообразный, в дорогой шерстяной одежде "абе", уже выцветшей от времени, с приветливой улыбкой на спокойном лице. Он положил на столик полупрозрачный молочно-голубоватый камень, называемый "лунным", и попросил вырезать надпись: "Хасан Осторожный, брадобрей его святейшества халифа".
– Ты меня прости, что я вмешиваюсь не в свои дела, — сказал Дуда, не отрываясь от работы. — Но такая надпись может повлечь за собой нежелательные толки и даже опасные для тебя последствия. Надо написать иначе.

Его святейшество халиф, как образец добродетели и совершенства, не должен и не станет брить бороды. Это вызовет волнение в народе. Машалла, машалла!

Не дай бог!
– А какую надпись ты предложишь? — спросил удивленный и обеспокоенный Хасан.
– Твой предшественник, закончивший счеты с земной жизнью пять лет тому назад, как говорят, имел звание: "Абдулла Бербер, оберегающий бороду его святейшества халифа"... Такая надпись не вызывает никаких сомнений... "оберегающий бороду!" — И Дуда многозначительно поднял указательный палец. — Тогда и сам халиф, — да будет над ним покой и благополучие! — оценит твою осторожность.
– Так ты и сделай! — сказал Хасан резчику и хотел уже уходить, как вдруг заметил золотой перстень с надписью, которая чем-то привлекла его внимание. — А это что за печать? — спросил он и протянул руку к перстню.
Тут Дуда Праведный, с необычайной для него живостью, схватил золотой перстень и спрятал его в кожаную коробочку за пазухой, где хранились и другие



Назад