4aef3a5d

Ямпольский Михаил - Демон И Лабиринт (Диаграммы, Деформации, Мимесис)



Михаил Ямпольский
Демон и Лабиринт
(Диаграммы, деформации, мимесис)
ОГЛАВЛЕНИЕ
ВВЕДЕНИЕ
Глава 1. КОНВУЛЬСИВНОЕ ТЕЛО: ГОГОЛЬ И ДОСТОЕВСКИЙ
Глава 2. КОНВУЛЬСИВНОЕ ТЕЛО: РИЛЬКЕ
Глава 3. ЛАБИРИНТ
Глава 4. ВОЗВРАЩЕНИЕ ДОМОЙ: РАЗЛИЧИЕ И ПОВТОРЕНИЕ
Глава 5. ЧУЖОЙ ГОЛОС, ЧУЖОЕ ЛИЦО
Глава 6. МАСКА, АНАМОРФОЗА И МОНСТР
Глава 7. ЛИЦО-МАСКА И ЛИЦО-МАШИНА
Глава 8. ТАНЕЦ И МИМЕСИС
ЗАКЛЮЧЕНИЕ
ПРИЛОЖЕНИЕ
1. Антонен Арто. Страдания "dubbing'a"
2. Хорхе Луис Борхес. По поводу дубляжа
Использованная литература
ВВЕДЕНИЕ
В этой книге собраны этюды, объединенные одной темой. Все они посвящены
отражению телесности в культуре. Телесность же рассматривается под
определенным углом зрения. Меня интересовали различные формы деформации
тела. Само по себе понятие деформации требует уточнения. Я вовсе не имею в
виду существование некой "нормы", по отношению к которой происходит
деформация -- нарушение, искажение этой нормы. Под деформацией я понимаю
некий динамический процесс или след динамики, вписанный в тело В таком
контексте деформацией может быть любое движение, любое нарушение
первоначального стазиса -- от гримасничанья и смеха до танца и блуждания в
потемках.
Движение, о котором в книге говорится постоянно, должно, однако,
каким-то образом фиксироваться, сохранять деформацию как след В интересующем
меня аспекте след движения неразрывно связан с понятием "поверхности". В
главе 6 книги упоминается один текст Леонардо да Винчи, в котором тот
анализирует понятие поверхности как некой границы, не принадлежащей ни
одному телу и одновременно принадлежащей двум "телам", например, воде и
воздуху над ней (Леонардо 1954 73--76). Причем тела эти, как указывает
Леонардо, неразделимы -- нельзя поднять воздух над водой, не поднимая вслед
за ним самой воды. Это явление объясняет образование ряби и волн на
поверхности жидкости Волны оказываются не чем иным, как отражением на воде
движения воздушной массы (ветра). При этом деформация воздуха как отпечаток
воспроизводится в воде лишь благодаря существованию поверхности -- общей
границы между телами
Эти размышления Леонардо стимулировали мою работу над некоторыми
аспектами "поэтики деформаций". Деформации всегда возникают на поверхности
(в глубинах воды рябь невозможна) и всегда касаются двух тел, между которыми
располагается поверхность. Такое понимание деформации позволило связать ее с
воздействием сил, нередко чисто физических. Упомянутые в подзаголовке книги
"диаграммы" отсылают именно к силовой стороне деформаций Под диаграммой я
понимаю как раз след динамического процесса, невозможного без приложения
сил.
Но главное, размышления Леонардо позволили подойти к описанию
деформаций телесности вне системы психологических мо-
5
тивировок. Вопрос, который я задал себе несколько лет назад, когда
начал работать над этой книгой, и ответ на который приходил лишь постепенно,
может быть сформулирован следующим образом: "Что означают телесные
деформации, например, гримасы или конвульсии?" С самого начала для меня было
ясно, что такого рода деформации не могут быть объяснены в терминах
психологии, что тело здесь функционирует наподобие машины, вне сознательных
психологических мотивировок. Гораздо более адекватным выглядело объяснение в
рамках представлений о миметизме. Тело как будто повторяет поведение иного
тела. Мой друг, философ Валерий Подорога предложил понятие
"психомиметического события", то есть такого телесного события, когда,
например, скорость письма (в частности, у



Назад