4aef3a5d

Яковлев Лео - Голубое И Розовое



ЛЕО ЯКОВЛЕВ
ГОЛУБОЕ И РОЗОВОЕ, ИЛИ ЛЕКАРСТВО ОТ ИМПОТЕНЦИИ
Лео Яковлев (род. в 1933 г.) - автор романов и повестей: "Корректор"
(Харьков, 1997); "Антон Чехов. Роман с евреями" (Харьков, 2000); "Повесть о
жизни Омара Хайяма" (Нью-Йорк, 1998, Москва, 2003-2004); "Холокост и судьба
человека" (Харьков, 2003); "Песнь о нибелунгах" - повествование в прозе
(Москва, 2004); "Гильгамеш" - повествование в прозе (Москва, 2005), а также
автор-составитель книг: "Суфии. Восхождение к истине" (Москва, 2001),
"Афоризмы Патанджали" (Москва, 2001), "Библия и Коран" (Москва, 2002); У.
Черчилль. "Мускулы мира" (Москва, 2002), "Поверья, суеверия и предрассудки
русского народа" (Москва, 2003).
От автора
За пять лет, прошедших с того момента, когда в этом романе была
поставлена последняя точка, в мире увидел свет добрый десяток книг, к
которым я в той или иной степени авторства имею отношение. По некоторым из
них уже потребовался дополнительный тираж, а вот судьба этого текста как-то
не складывалась, и во мне росло ощущение своей вины перед ним: я стал
постоянно слышать плач этого нерожденного ребенка. Следуя своим убеждениям,
я старался и стараюсь не вмешиваться в течение дел земных, полагая, что
Предопределение божественно, и все нити Судьбы и людей, и книг находятся в
руках Аллаха.
Исключение из этого своего правила я допускаю лишь тогда, когда
чувствую на своем Пути противодействие мелкого рогатого скота и иных сил, не
имеющих, на мой взгляд, ничего общего с волей Всевышнего, и тогда я стараюсь
поступать им наперекор. Издание этого романа можно отнести именно к таким
моим поступкам, и совершил я его при Его содействии, а значит - и в
соответствии с Его волей.
Теперь несколько слов о самом романе. Последнее время кто-то настойчиво
внедряет в русскоязычный литературный обиход мало понятную и мало кому
интересную целано-виано-селиновую прозу, вдохновившую некоторых
впечатлительных российских литераторов на еще более убогие подражания. Я же,
работая над этим текстом, старался не нарушать заветы старых мастеров,
считавших, что проза должна быть краткой, простой, точной и ясной. Кроме
того, я считаю, что в художественной прозе должен быть тайный знак,
появляющийся в начале повествования и рано или поздно оказывающий влияние на
дальнейшие судьбы действующих в нем лиц, как, например, заячий тулуп,
совершенно ненужный Гриневу, отбывающему в далекую крепость. Здесь же таким
знаком послужило простенькое колечко, случайно найденное героем романа на
заре его туманной юности. А все последующие, происходившие в его жизни
события, сменяли друг друга сами по себе, уже независимо от воли автора.
Всего вам доброго!
Лео Яковлев
Харьков
июль 2004 г.
Часть первая
Девятая жизнь старого кота
Кот живет девять жизней.
Английское поверье
Это рысьи глаза твои, Азия,
Что-то высмотрели во мне.
Анна Ахматова
Глава 1. О старости, о печали, об импотенции и других не очень приятных
вещах
I
Говорят, что три случая подряд - это уже система.
Я не поверил этому закону, вернее - мне не хотелось ему верить, и я
довел число таких "случаев" или контрольных проверок чуть ли не до десятка.
К тому моменту не только я, но и свидетельница всех моих фиаско и
соучастница всех моих усилий - моя сорокалетняя подруга - поняла, что все
кончилось, и спокойно выслушала мои сбивчивые слова, отпускавшие ее на все
четыре стороны.
Единственным моим утешением было отсутствие радости по поводу этого
неожиданного обретения свободы на ее милом личике, ставш



Назад