4aef3a5d

Яковлев Юрий - Перемена Погоды



Юрий Яковлевич Яковлев
ПЕРЕМЕНА ПОГОДЫ
ПЕРВЫЕ ОТКРЫТИЯ
- Пойдем в лес. На лыжах.
- Погода не лыжная. Посмотри, как метет.
- Ну и пусть метет.
- Наверное, и лыжни не видно.
- Мы проложим новую. Я пойду впереди. Одевайся.
- Может быть, отложим на завтра?
- Я пойду доставать лыжи, а ты одевайся.
- Ладно.
Сын настоял на своем. Он пошел за лыжами, а отец нехотя стал натягивать
ботинки. Они были жесткими, холодными и никак не налезали на толстые
шерстяные носки. Потом он долго шнуровал их, словно специально тянул
время: не хотел выходить на мороз.
А сын уже достал лыжи, оделся и стоял рядом, нетерпеливо переминаясь с
ноги на ногу.
- Готов?
- Как будто.
- Ну, идем, идем...
В такую погоду выйти из тепла на улицу - все равно что окунуться в
холодную воду: от резкой перемены температуры захватывает дух и
познабливает. Отец жмурил глаза, отворачивался от пронизывающего ветра, и
сын настороженно посматривал, боясь, что он раздумает и вернется домой. Но
отец уже опустился на колено и прилаживал к ботинку лыжу.
- Тебе помочь?
- Не надо. Очень тугое крепление... выбрали погодку...
- Пошли?
Отец хмурился, а сын терпеливо ждал.
Наконец они двинулись. Мальчик шел впереди. Он прокладывал лыжню, как
ледокольный буксир прокладывает во льду фарватер тяжелым судам. Он
торопился и делал много лишних движений.
А отец, пока не разогрелась кровь и не прошла одышка, тяжело
переваливался с одной лыжи на другую.
- Ничего, что метет! - через плечо крикнул сын. - Так даже интереснее.
Отец ничего не ответил. Он берег дыхание. Метель била с правой стороны,
и от ее ледяного прикосновения немел подбородок. И надо было в такую
погоду тащиться в лес!
Отец скользил на лыжах опустив голову, чтобы защитить лицо от колючей
холодной пыли. Он видел только две блестящие полоски - две лыжни,
проложенные сыном. А когда время от времени распрямлялся, то перед его
глазами возникала вытянутая, слегка сутулая фигура сына, запорошенная
снегом, раскачивающаяся, неутомимая. Казалось, не останови его, и мальчик,
не переводя дыхания, пойдет напролом через леса и поля, заваленные
сугробами.
Временами, чтобы убедиться, что отец не отстал, сын оглядывался - и
тогда из-под ресниц, на которые налипли снежинки, весело сверкали глаза.
Так они дошли до оврага. Сын сделал остановку и дождался отца.
Он сказал:
- Ты здесь не съезжай. Там, левее, есть пологий спуск.
- А ты?
- Я-то съеду здесь.
Отец посмотрел на сына и вспомнил, как совсем недавно, лет пять назад,
он учил его ходить на лыжах и выбирал невысокие горки, чтобы мальчик не
упал и не расшибся. Тогда сын спорил: "Я не маленький!" - и требовал,
чтобы его повели на большую гору.
А сейчас этот малыш вытянулся, над верхней губой появился темный пушок,
и он говорит отцу: "Там, левее, есть пологий спуск".
Что же ответить сейчас сыну? "Я не старый?" Или еще чтолибо в этом роде?
Отец про себя усмехнулся, и ему стало весело и покойно от неожиданной
опеки сына. Он почувствовал во всем теле легкость, и захотелось непременно
съехать с крутой горы. Руки нажали на палки, туловище подалось вперед - и
его сразу закружил белый ошеломляющий водоворот снега. Глаза сами
зажмурились, руки вытянулись вперед. Он потерял ориентировку и в следующее
мгновение уже не мог удержаться на ногах. Упал. И сразу рядом с ним вырос
сын.
- Ты ушибся?
- Ничего... Все в порядке.
Он помог отцу подняться и стал отряхивать его варежкой.
- Зачем ты съехал здесь?
- А что?
- Я же говорил: там, левее, спуск пологий... Н



Назад