4aef3a5d

Яковлев Юрий - Цветок Хлеба



Юрий Яковлевич Яковлев
ЦВЕТОК ХЛЕБА
ПЕРВЫЕ ОТКРЫТИЯ
Сколько маленький Коля помнил себя в войну, он всегда был голодным. Он
никак не мог привыкнуть, приладиться к голоду, и его ввалившиеся глаза
сердито поблескивали, постоянно искали добычу. Черноволосый, нестриженый,
взъерошенный, с проступающими ребрышками, он был похож на маленького
исхудалого волчонка. Он тянул в рот все, что было съедобным,- - щавель,
вяжущие ягоды черемухи, какие-то корни, дикие лесные яблоки, пронзительно
кислые и крепкие. Дома ему давали болтанку и хлеб. Мать добавляла в муку
веники - вымолоченные метелки проса, и хлеб был тяжелый, вязкий; от него
пахло сырой глиной. Но и этот хлеб голодный мальчонка съедал мгновенно,
жадно посапывая раздутыми ноздрями.
Один раз за всю войну он наелся хлеба вдосталь. И хлеб был не из
веников - настоящий. Его принесли с собой наши автоматчики.
Они вошли в хату ночью. Их тяжелые шинели и сбитые сапоги были измазаны
чем-то белым и фосфоресцировали в полутьме, словно к ним налипли хлопья
снега. А на дворе шел дождь. Бойцы пришли не из степи, а спустились с
меловых гор, спуск был трудным, и они измазались в мелу. В теплой хате от
солдат шел банный пар, и сразу запахло табачным дымом, мокрыми портянками,
ременной кожей и ароматным свежим житником, который они выкладывали на
стол.
От ночных гостей в хате стало тесно, как на вокзале, и маленький Коля
почувствовал себя не дома. Он забился в угол и опасливо наблюдал за
пришельцами. И тут его заметил скуластый солдат, прихрамывающий на левую
ногу. Он поманил к себе Колю:
- Эй, хозяин, пойди-ка сюда. Хлебушка хочешь?
Мальчику захотелось крикнуть: "Хочу! Хочу!" Но к горлу подкатил ком. Он
не мог произнести ни слова и молча глотал слюну.
- Ты, наверно, плотно поужинал?
Коля растерянно заморгал, а скуластый солдат развязал мешок и сунул ему
в руку большой кусок хлеба. У голодного мальчика закружилась голова. Он
вскарабкался на печку, зажмурил глаза и припал к хлебу. Он дышал хлебом,
ласкался к нему, согревал его руками и щекой. Он откусывал то мякиш, то с
веселым азартом грыз корку, и покойная сытость сладко разливалась по телу.
Коля подобрел от хлеба, как взрослые добреют порой от вина. Ему казалось,
что все вокруг хлебное: и лежит он на хлебе, и под головой у него мягкий
хлеб, и покрыт он теплым хлебом. Он уснул, и всю ночь ему снился хлеб.
...Когда война подходила к концу, мать посеяла на огороде полоску
пшеницы. Вскоре из земли проклюнулись робкие всходы. Они были похожи на
траву. Мальчик пожевал травинку и не почувствовал хлебного вкуса: трава
как трава. Может быть, никакого хлеба и не будет. Но трава начала
сворачиваться в трубку.
- Скоро наш хлеб зацветет, - говорила мать.
И все ждали, и Коля ждал, и ему на память приходил свежий солдатский
житник и счастливая хлебная ночь, которая то ли была на самом деле, то ли
приснилась. Коля ждал, что хлеб зацветет голубыми цветами или алым маковым
цветом. А может быть, как вишня, покроется белой метелицей. Он так и не
заметил, как цветет хлеб. Появились колосья - глазастые, голубоватые, чуть
запотевшие.
Потом полоска стала соломенной.
Когда собрали первый урожай, бабушка на радостях испекла два коржа
величиной с подсолнух. Коржи были пахучие, румяные. Бабушка смазала их
масляным перышком и посыпала солью, крупной, как толченое стекло. От
коржей шел жар, и они светились, как два маленьких посоленных солнца.
Мальчик сидел перед столом, и его ввалившиеся глаза приросли к коржам.
Он ждал, когда ж



Назад