4aef3a5d

Яковлев Илья - Странная Поляна



Илья Яковлев
Странная поляна
...Они столкнулись на лесной поляне почти что нос к носу. Русский
немолодой уже старшина и унтершарфюрер СС лет двадцати пяти.
Остановив-шись, они смотрели друг
на друга с нескрываемым интересом. Лишь спустя некоторое время у них обоих
одновременно
промелькнула одна и та же мысль: как так? Передо мной стоит заклятый враг,
а я не испытываю к нему ни
малейшей ненависти? Что случилось? Перевернулся мир?.. Мысль промелькнула
и исчезла. Стоял
такой чудесный летний день, фронт перемешался, было трудно понять, где
свои, а где враг и поэтому
наступило временное затишье. И такая мысль почему-то показалась им,
случайно столкнувшимся на
этой поляне, неуместной. Поэтому оба отогнали эту мысль, как назойливого
овода.
Первым
нарушил несколько затянувшееся молчание русский старшина:
- Закурить есть?
Немец кивнул и
достал пачку ?Каро?:
- Конечно. Со жрачкой плоховато последнее время стало, но с сигаретами не
обижают.
- Нда. Сигареты... У нас махра только. ?Фабрика Вятка, от бани третья
грядка?. А ты
неплохо говоришь по русски, фриц.
- Да и ты ? по-немецки говоришь, как уроженец Берлина. Хохдойч!
Только я не Фриц. Я ? Карл.
Сказали ? и замерла недовытянутая из пачки сигарета. Наконец
унтершарфюрер несколько напряжённым голосом произнес:
- Как же так? Я говорю по немецки, а ты ?
по русски... И при этом мы прекрасно понимаем друг друга?
- На то мы и люди, а не звери. Человек
человека завсегда поймёт. ? вздохнул старшина, вытянув сигарету у немца из
пачки и прикуривая, -
Сам-то что? Давай, пока спичка не погасла.
Немец, не понимая сам , почему он торопится, ведь в
кармане лежит зажигалка и вообще ему эта экономия до лампочки, поспешно
выдернул сигарету из
пачки и торопливо прикурил. Русский матюкнюлся и выбросил обжёгшую пальцы
спичку:
- Присядем?
? он кивнул немцу на огроменную корягу и двинулся к ней. Немец согласно
кивнул и направился
следом.
Некоторое время они курили молча, изредка сплёвывая под ноги. Потом,
доку-рив, немец
аккуратно затушил окурок об корягу и задумчиво сказал:
- Погода-то какая. В форме жарко, дьявол
ее раздери! Сейчас бы скинуть эти сапоги, господи, как они надоели! Да на
берег речки... На Одере
сейчас ? красота!
Русский презрительно прищурился:
- Что ваш Одер! Ручеёк перед Енисеем.
Рыбы-то небось и нет никакой стоящей...
- Не знаю, - пожал плечами эсэсовец, - Я не рыбак. Охоту
больше люблю.
- А охота? Какая у вас в Европах охота супротив нашенской, сибирской?
Баловство
одно. Ни тебе изюбря порядочного...
- У нас есть на что поохотиться, - обиженно ответил немец, - Вот
будешь в наших краях...
- Да уж, - задумчиво сказал старшина, - Теперь уж точно скоро буду. Если
доживу до конца...
- Да уж, - повторил унтершарфюрер, - Если доживём, обязательно на охоту
пойду.
Хотя, честно говоря, леса у вас замечательные! Если б не партизаны.
Земляника вон
пошла...
Старшина хмыкнул:
- Хех, точно! Партизаны, они такие. Не дают оккупанту по
землянику спокойно сползать.
- Не начинай!.. ? поморщился унтер, - Я ж тебе от души.
- Ладно, не
куксись! Я шучу просто. А земляника действительно пошла. Вон её сколь!
Помолчали еще немного и
так же молча закурили по новой. Старшина спросил у унтера:
- Слушай, а дети у тебя есть?
Лицо
немца просветлело:
- Да, есть! Дочка, - он достал из кармана блокнот и вынул из него
вложенную
между страниц небольшую фотографию. На ней была снята молодая девушка,
держащая на руках
прелестного ребенка лет трёх. Лицо де



Назад